Дело о смертельной ненависти. Отдел спецрасследований - Корджева Елена

Сумма, вероятно, была новостью и для Роберты с Калле. Во всяком случае, уставились они оба на мать с неподдельным изумлением.

– Госпожа Таал, я знаю, что вы оплатили счет доктора Абела. Откуда вы взяли столь внушительную сумму?

Кайса ненавидящим взглядом мазнула по лицу бывшего мужа:

– Он дал.

– Мама, ты же говорила! – Восклицание сорвалось и затухло у брата с сестрой одновременно.

– Я знаю, что я говорила. – Кайса смотрела в стол.

– С вашего позволения, я поясню для присутствующих. Госпожа Таал вводила Роберту Таал и Калле Таал в заблуждение, утверждая, что их отец не участвует в воспитании. Хотя на протяжении всех лет после развода господин Таал ежемесячно переводил весьма внушительные суммы денег на содержание детей, а также отдельно оплачивал поездки в международный лагерь для Роберты и штрафы за нарушения Калле. Кроме того, когда госпожа Таал заболела, он оплатил счет доктора Абела за ее лечение.

– Если бы он! – Если бы могла, Кайса плевалась бы ядом. – Эта, жена его нынешняя, оплатила. Небось, женился по расчету на богатенькой.

Райво попытался было ответить, но не смог, попросту задохнулся от возмущения.

– Напрасно вы так. Я внимательно изучила все счета господина Таала. Именно в тот момент у него действительно не хватало средств на столь дорогостоящую оплату медицинских услуг. Накануне он вложилфинансы в очередную сделку и не успел ее завершить. Виктории пришлось взять кредит под залог своего салона красоты, чтобы оплатить ваше лечение. Кредит господин Таал закрыл своими средствами через два месяца, после завершения сделки.

Теперь призывать к вниманию собравшихся вокруг овального стола не приходилось: деньги и скандал – что может быть интереснее?

Асенька тряхнула головой, стройные ножки топнули каблучками:

– Продолжим. Господин доктор Абел, скажите, пожалуйста, кто кроме вас знает, откуда поступают к вам деньги?

Длинное лицо эстонца вытянулось и стало еще длиннее. Он сопровождал пациентку и предполагал, что все вопросы будут касаться его профессиональных обязанностей и заключений. Но денег? Доктор был шокирован:

– Бухгалтер, разумеется, кто же еще! Я все налоги честно плачу. – Он оскорбленно поджал губы.

– Конечно, бухгалтер. И налоговый инспектор, который проверяет отчеты. А скажите, доктор, – Асенька держалась предельно вежливо, – ваш бухгалтер обслуживает только вас или у нее есть другие клиенты?

Выяснилось, что услугами финансового специалиста пользуются все доктора клиники, открывшие кабинеты частной практики. Бизнес-модель руководства клиники описывалась несложным слоганом «Каждый сам за себя» и ограничивалась сдачей в аренду кабинетов и организацией регистратуры. Зарплаты специалистов его не волновали.

В подтверждение слов доктора Асенька вывела на экран распечатку, предоставленную детективным агентством. Доктор, поняв, что его пока ни в чем не подозревают, сменил гнев на милость и с интересом уставился на экран.

Бухгалтер оказалась сотрудником аутсорсинговой компании, обслуживающей не только эту клинику, но и еще несколько. Некоторые из присутствующих принялись корябать что-то в своих блокнотах. Асенька подозревала, что фамилия бухгалтера и название компании до сих пор в поле зрения ни одного из следователей не попадали.

Тем временем на экране появился другой документ, и Асенька снова обратилась к злосчастному доктору:

– Скажите пожалуйста, в этом списке есть ваши пациенты?

Врач дисциплинированно уставился в экран, хотя необходимости в этом не было: Вита – и когда успела? – немедленно разложила перед каждым присутствующим распечатанный документ.

Врач указал на две фамилии, не забыв упомянуть, что здоровье пациентов улучшилось и больше он их не наблюдает.

– Спасибо, доктор, – вновь вежливо поблагодарила девушка. – Совершенно верно, больше вы их не наблюдаете, но по иной причине. Все люди в этом списке умерли.

Вот теперь Асенька точно знала, как выглядит эффект разорвавшейся бомбы: выпученные глаза и открытые рты, из которых вырывается мощный вздох. «Все умерли» – это вам не на блондинку посмотреть!

Но Абел сдаваться не собирался:

– Позвольте! У моих пациентов была ремиссия. Если бы им стало хуже, они бы пришли ко мне. Я бы знал!

Фразы у эстонца получались рублеными, он ими как будто кидал в девушку, которая тоже не осталась в долгу:

– Наверное, если бы им стало хуже, они бы показались вам. Но дело в том, что каждый из этого списка отвечает следующим критериям: он не имеет близких родственников, живет один и умирает внезапно. И вот еще: во всех случаях находится завещание. Наследником становится некий благотворительный фонд. – И Асенька озвучила название организации.

Теперь уже скептически поджимать губы охотников не находилось: похоже, этой блондинистой барышне удалось напасть на след преступной группировки, успешно орудующей прямо под служебным носом полиции двух, а может, и больше государств.

– А Виктория тут при чем? – Похоже, Райво остался одним из немногих, еще помнивших, зачем все собрались здесь.

– Она – исключение из правила. До сих пор все эти люди, – Асенька указала на список, – платили за себя сами. Кроме того, что они являлись больными и одинокими, у них еще хватало ресурсов, чтобы позволить дорогостоящее лечение у весьма квалифицированных и недешевых специалистов.

Доктор, похоже, вновь усмотрел покушение на свои регалии, но полковник тактично, но твердо удержал его от выступления, положив ладонь поверх докторской руки.

Юный аналитик продолжила:

– Окружить одинокого нездорового человека заботой, внушить или любым иным способом вынудить его подписать завещание, а потом позволить ему умереть – это один шаблон действий. Если я правильно понимаю, следователям еще придется в каждом случае устанавливать причину смерти – вряд ли кто-то искал криминальную подоплеку в смерти хронических больных.

Но в случае с Викторией сработала банальная жадность. Она заплатила за госпожу Таал более чем внушительную сумму. Информация попала к лицу или лицам, принимающим решения. Завещание от госпожи Таал никому не требовалось: во-первых, у нее кроме квартиры ничего не было, во-вторых, обойти четырех детей, чтобы получить наследство, – дело более чем сомнительное.

Рихард немедленно вспомнил, как жена, заложив пальцем соответствующую статью в Гражданском законе, буквально пытала его на знание наследственного права. И еще больше загордился ею.

А Асенька продолжала:

– Зато Виктория показалась весьма перспективным клиентом. Вы же сами говорили, что все имущество регистрировали на двоих. Значит, ей принадлежала половина всей вашей недвижимости, верно?